Франческа провела супругов по дому, преднамеренно исключив спальню Скайлер. Было важно, чтобы девушка чувствовала, что у нее есть свое собственное место для уединения, убежище, в которое никто не посмеет вторгнуться без разрешения или приглашения. Бразилиа была особенно довольна кухней и садом. Сантино же был озабочен той легкостью, с которой можно было попасть с улицы в дом. В таких условиях защита хозяев дома казалась ему сущим кошмаром. Оба говорили по-французски бегло, с легким американским акцентом.
В доме Франчески было невозможно не почувствовать себя непринужденно. Было в нем что-то умиротворяющее и успокаивающее. Бразилиа улыбнулась мужу, вдруг довольная решением, которое они приняли. Что было не так-то легко. Двое их детей учились в колледже, и они были готовы к переменам, но переезд во Францию совершенно не входил в их планы.
Лишь мысль о маленькой девочке, подвергшейся такому жестокому обращению и нуждающейся в ком-то, кто бы любил и заботился о ней, склонила их решение в пользу переезда. При всем при этом это было довольно пугающим для Бразилиа. Она любила Эйдана и его жену Александрию, но их она знала долгое время. Вещи, которые рассказал ей ее муж были настолько невероятными, что она не была уверена, стоит ли ему верить или нет. Действительно, она никогда не видела ни Эйдана, ни его жену на протяжении дня, хотя ее воспоминания, казалось, были смутными. До того как Сантино рассказал ей правду про Эйдана и его жену, она готова была поклясться, что часто находилась рядом с ними на протяжении всех дневных часов. Теперь же она знала, что это было не так.
Она внимательно смотрела на Франческу, тайком бросая быстрые взгляды, чтобы лично оценить ее. Будет ли с ней легко работать? Бразилиа хотелось сделать этот дом похожим на свой собственный. Ей хотелось любить бедную маленькую Скайлер как свою собственную дочь. Ей хотелось любить Франческу и Габриэля, как она любила Эйдана и Александрию. Родители Сантино работали на Эйдана всю свою супружескую жизнь. Сантино вырос в доме Эйдана и очень сильно любил его. Она знала, привязанность ее мужа уходила корнями глубоко в землю, связь была почти такой же сильной, как и ее брак. Может сильнее. Она вздохнула и бросила взгляд на мужа. Сантино. Как же сильно она его любила. И очень гордилась им.
Бразилиа заметила, что Франческа улыбается ей, и поспешила улыбнуться в ответ.
— Мне действительно понравился дом, — сказала она, рассчитывая сломать лед.
Улыбка Франчески отразилась в ее прекрасных глазах.
— Спасибо. Я живу здесь довольно долго и чувствую себя как в родном доме. Надеюсь, вы будете испытывать то же самое. Если комнаты придутся вам не по вкусу или вам что-нибудь потребуется для кухни, пожалуйста, говорите. Это, прежде всего, всецело ваши владения.
— Я умею готовить, — вдруг сказала Скайлер, удивив всех. Она была очень тихой, просто наблюдая за всеми, когда они осматривали дом. Она держалась рядом с Франческой и временами тянулась и дотрагивалась до ее руки, словно убеждая себя, что она не одна.
— Чудесно, — незамедлительно ответила Бразилиа. — Ты покажешь мне все свои любимые рецепты. Я знаю, что любит Сантино. Все, что угодно, лишь бы съедобное.
Намек на улыбку появился на личике Скайлер, но он не затронул ее глаз. На этот раз она переплела свои пальцы с пальцами Франчески. Едва она сделала это, как странное выражение появилось на ее лице. Она наклонился к Франческе.
— Вы просили меня сказать вам, когда тот другой будет здесь. Я чувствую его прямо сейчас.
Франческа замерла, ее пальцы сформировали свободную цепь вокруг крошечного запястья Скайлер.
— Не смотри ни на кого в доме, милая, просто сосредоточься на чем-нибудь, чтобы держать свое сознание занятым. Габриэль, он сейчас со Скайлер. Я боюсь, он может воспользоваться ею, чтобы причинить кому-то вред. Скайлер не сможет перенести этого.
— Не входи в ее сознание, пока он находится там. Этим займусь я, посмотрю, что Люциан ищет. Более чем вероятно, это информация и каверза. Он любит свои игры, — Габриэль подбадривающе улыбнулся Скайлер, одновременно подавая Франческе молчаливый сигнал продолжать разговор с Сантино и Бразилиа.
— Будь осторожен Габриэль, — встревожено промолвила Франческа. Она страшно боялась Люциана. Она знала его могущество, знала, что он был самой силой, в отличие от всех остальных. — Ты полагаешь, что он воспользуется Скайлер против меня, я же считаю, что он воспользуется ею против тебя.
Ответом Габриэля стала всего лишь волна тепла в ее сознании.
— Пошли со мной, милая, — невероятно нежно сказал он Скайлер и взял ее руку в свою, приводя ее в кабинет. Проходя мимо книжной полки, он передал ей книгу, которую взял наугад. — Уверен, ты получишь от нее большое удовольствие.
Скайлер без слов взяла книгу и открыла. Она по-настоящему принялась ее читать, но при этом слабая улыбка подернула уголки ее мягкого рта.
— Все эти шпионские штучки интересны, не так ли, Гэйб?
Брови Габриэля взлетели чуть ли не до потолка. За все долгие века его существования никто и никогда не подумал назвать его «Гэйбом».
— Побольше уважения, юная леди, и поменьше всех этих «Гэйбов», — он быстро слился своим сознанием с ее, не давая ей времени подумать об этом или дать знать Люциану, что он присоединился к ним. Он мгновенно ощутил всплеск силы, который свидетельствовал о присутствии его брата-близнеца в сознании девушки.
Люциан тоже почувствовал его.
— Немного тесновато для нас двоих.
— Когда это ты опускался до использования ребенка, чтобы добиться своего? Я считал тебя довольно сильным, чтобы встретиться со мной лицом к лицу, но вижу, что твоя сила медленно истощается, — Габриэль говорил мягким чистым голосом, его тон был завораживающим.
— Ты упорно продолжаешь насмехаться надо мною. Это никогда не сработает, Габриэль. Я сомневаюсь, что меня можно вынудить принять твой вызов. В то время как ты становишься мягче в этом доме, окруженный женщинами, я строю королевство, чтобы управлять им.
Габриэль тихо вздохнул.
— Ты говоришь как ребенок, Люциан. Тебе будет скучно управлять королевством. Найди-ка монастырь и почитай какие-нибудь книги.
— Я уже сделал это, — и прежде чем Габриэль смог «посмотреть» глазами Люциана и понять, где может находиться его брат, он почувствовал отступление. Люциан быстро покинул сознание Скайлер.
Скайлер бросила на него взгляд.
— Он знал, что вы дали мне книгу. Он процитировал мне из нее отрывок и попросил взглянуть на страницу восемьдесят два. Я посмотрела на отрывок, он повторил его слово в слово, — в ее голосе прозвучало благоговение перед таким подвигом.
